Karjalan Arkisto Карельский Архив

Согласно преданию о призвании варягов, на волховском берегу «...в лето 862... срубиша город Ладогу и седе старейший в Ладозе Рюрик». Здесь проходил водный путь «из Варяг в Греки» и из Балтийского моря «в Болгары». И до сей поры в Старой Ладоге, небольшом поселке Волховского района, сохранилась улица Варяжская - одна из самых первых улиц земли Русской. Тихо шелестят деревья, аккуратные деревянные домики с белоснежными занавесками на окнах спускаются к речке Ладожке. Впадая в Волхов, она огибает величественную крепость, бывшую некогда северным форпостом славян. Ладога получила приставку «Старая» в начале XVIII века, когда Петр I построил Новую Ладогу в устье Волхова. До того времени город являлся центром Новгородской земли. Здесь было 7 монастырей и 11 церквей. Храм Иоанна Предтечи, построенный в 1276 году на пожертвования неведомых нам рабов Божиих Ивана и Марьи, в 1991 году Старо-ладожский музей-заповедник передал Церкви. Около 70 лет все церкви в Старой Ладоге были закрыты. Начало бог...

 Золотая осень тихо стелет под ноги резные кленовые листья. А там, в вышине, где «с куполом синим не властно соперничать небо», ярко вспыхивают на солнце православные кресты. Маленькие главки увенчивают купол, напоминая о традициях северо - русского деревянного зодчества, радует взгляд ухоженный церковный двор. В престольный праздник, 8 ноября, храм святого Великомученика Димитрия Солунского отмечает свое 90-летие. Построили его в начале века коломяжские крестьяне на земле, пожертвованной графом А.Ф.Орловым-Денисовым. Тогда в поселке жило около тысячи человек, но церквей в нем было немало. Сегодня же здесь находится крупнейший район городских новостроек - и только два небольших храма, один из которых расположен на территории психиатрической больницы. Церковь во имя св.Димитрия Солунского называют в народе Димитриевско-Коломяжской. В 30-е годы власти хотели превратить ее в клуб, но, по милости Божией, этого не произошло. Сколько священников из закрывавшихся в то время храмов посылал...

Прилагаемые при сём сказки и легенды все писаны со слов разных Лопарей при помощи переводчика. При этом нужно заметить, что не редко одно и тоже лицо рассказывает одну и ту же сказку различно. При рассказывании сказок замечено было недоверие какое-то. Кроме этого Лопари ныне имеют более или менее частые сношения с Русскими сказки и некоторые кажется, Лопарями получены от них. Слушая сказки несколько раз и желая передать рассказ более или менее в правильном виде, я, по мере возможности, старался сохранить верный смысл или суть дела сказки. Иначе при первом опыте сделать ничего не возможно, потому что после рассказа на лопарском языке переводчики передавали только мысли. Вот из мыслей-то и приходилось составлять сказания и сказки более или менее цельные. Некоторые мысли рассказчики и сами переводили, и те записаны ближе к подлиннику. В немногих местах после русских предложений я записал фразы и на лопарском языке. В сём случае делал так: сперва писал по русски, после ставил тире—и писа...

Летом 1885 года я экскурсировал по Шлиссельбургскому уезду, и здесь мне удалось найти в лесах на ели особые, гипертрофированные ветви, представляющие очень густые веники, состоящие из весьма укороченных, тесно сидящих веточек. Образования эти обязаны  происхождением одному паразитному грибку, и у Немцев носят название "Hexenbese" (См. А. De Вагу. Vergleichende Morphologie und Biologie d. Pilze, Mycetozoen und Bacierien. 1884. p. 395). В чухонских деревнях Шлиссельбургскаго уезда эти образования называются Taulen Корrа, что значит Рука Ветра, и употребляются против кашля. «Если у вас, говорит Чухонец, кашель с ветру, то пропустите три раза воду через такой веник и затем выпейте эту воду: кашель сейчас же пройдёт. (Записано в деревне Губки, Рябовской волости от Чухонца, содержателя земской станции). В русских деревнях такия образования носят название Вихорь и, положенные под крышу, предохраняют её от ветра. «Такую крышу, говорит рассказчик, никакой вихорь, никакой у...

В Вепровcкой волости 1-го мирового участка, Вилкомирского уезда, Ковенской губернии Молодой человек, достигший полного возраста, подметив себе невесту, просит хорошо знакомого, надежного человека быть ему сватом и, в назначенное ими время, едут попытать счастье. Перед выездом жених просит разрешения своих родителей на задуманное им дело; родители соглашаются и отец предлагает свату крепче уговариваться о приданом за девушкой, к которой едут с предложением, а мать со слезами провожает из дому своего сына. Приехали к невесте. Если она заметит приезд гостей раньше, бежит в амбар или не жилой конец дома, поспешно переодевается в праздничное платье, шитое из домашней довольно тонкой материи, называемой по-литовски — черкасас, входит в избу и здравствуется с женихом и его сватом. По принятому обычаю крестьян, хозяева заботятся об угощении своих гостей; но приехавшие прежде высказывают цель своей поездки и спрашивают мнения об этом родителей невесты; если получают отказ, то сейчас-же уезжаю...

Посмертный очерк Г. Т. Северцева-Полилова I Одиннадцать часов вечера, но этому нельзя поверить, солнце по прежнему стоит на небе, хотя лучи его сделались не столь яркими, как раньше, да и тепло их поумалело... Океан лежит неподвижно, изредка только чуть всколыхнёт ровную его поверхность далекая волна своим отливом. По прежнему высовываются на поверхность воды то здесь, то там круглые головы тюленей, сверкнёт пестрой чешуей какая—нибудь. рыба, выпрыгнув из воды, да пробежит цветистый тупонос на перепончатых лапах, жирная чайка грузно, но быстро пролетит над водою—и снова тихо на океанском простор. Пароход наш умерил скорость, входя в широкую бухту Печенги; машина едва вздрагивала, глухо стучала, когда мы шли длинным проходом, по обеим сторонам которого тянулись каменные массивы гор, покрытых местами ярко—зелёным ковром мха, с громадными гранитными проплешинами. Чем дальше продвигался наш пароход в глубину суши, тем картина берегов разительнее менялась.

(Из житейских воспоминаний духовного лица) Очерк В. С—ва. То, что я хочу сообщить читателям «Исторической Летописи», не выдумка, не сочинительство, а сущая правда— события, совершавшиеся в православных, с чисто исконным, без всяких примесей, велико-русским населением, приходах одной из северных наших губерний ещё в 70-х годах XIX столетия. Описываемый мною приход был очень велик по занимаемой площади. Достаточно сказать, что среди лесов его были деревни, отстоящие от приходской церкви на 30, 28, 18, 14 и т. д. вёрст... Всех деревень в нём насчитывалось до 20, а число душ мужского пола достигало до 800. Но беден был этот приход в то время; в нём не было ни местных, ни отхожих промыслов, и крестьянство жило в нём только от земли, да от окружающих его густых лесов, промышляя в них на дичь и зверя: осенью особенно на белку, а зимою—на медведя. Не богат был и церковный причт в нём; на долю его приходилось казенного жалованья священнику 100 рублей, дьячку 40 руб., пономарю 30 рублей ...